normsk

«Игра народная. Русские писатели о футболе»

Очень содержательная книга, очень много эмоций и фактов, очень популярно про футбол со всех сторон.

Очень разные авторы, с разными историями и стилями, но все* интересны по-своему.

От легендарных матчей мирового уровня до чемпионатов городских округов. От сороковых годов (это если не считать заметки об истории английского футбола) до наших дней. Легендарные личности и не только футбольные, интересные факты и истории. Неожиданно прям даже.

*Но не без черпака дёгтя: непонятно зачем среди всего этого, между рассказами о волшебнике Хиддинке и футбольном матче в блокадном Ленинграде, несколько десятков страниц розовых соплей, не имеющих отношения к футболу от единственного автора в этом сборнике — женщины? Тут без сексизма и прочего подобного, но реально неясно: зачем было вот так смазать всё впечатление явно инородным произведением, ещё и написанном специально для этого сборника.

normsk

Васин триумф

Если вы страдаете от притеснений отечественного рэпа.

Если грустите от того, что у нас в стране мешают развитию, так называемой, музыки в лице актуальных трендов сцены.

Если считаете, что люди теряют в культурном развитии от запрета концертов Хаски, IC3PEAK, Крида или, простигосподи, Френдзоны.

То…

Да никаких «то» — ваше дело, конечно, и спорить о вкусах бесполезно. Сказать хотел о другом: у Васи В. (Кирпичи) вышел альбом дуэтов полный современных медийных грехов. Но запрещать концерты Васи никто не будет, потому что ему этого не нужно (внезапно, да?).

Царь Василич и без медийного хайпа качает уже много лет и ничуть не сдаёт.


normsk

«Четвертая волна» Илья Стогоff

Сказ о том, как прокуренный не сигаретами мозг способен превратить воплощение мечты жизни в идиотскую выходку с последствиями. Сказ на примере группы Психея и их выступлении на разогреве у КоЯn в Ледовом дворце. Но перед этим длинное вступление ни о чём.

Описание событий того времени обильно разбавленное «красивой» водой, как это умеет Стогов.

И вот ещё поймал себя на мысли после этой книги: чем больше читаешь авторов разных жанров и лет, тем ярче понимание уже давно знакомых писателей. Последствия от таких «прозрений» бывают разные: кто-то начинает казаться ещё круче, кто-то пустым и раздутым (Коэльо или Браун), кого-то вообще перестаёшь считать за писателя (Минаев), а в случае со Cтоговым немного по-другому.

Я прочитал все его книги. И считал их (книги) почти идеальными, а сейчас вдруг понял, что в этом всём есть столовая ложка напускного пафоса и наивного самомнения. Как у подростка, всего такого модно одетого, с уложенной причёской и лицом мудреца, познавшего жизнь, идущего на концерт Оксимирона, чтобы ещё больше просветиться глубокой поэзией, наивно считая, что это и есть поэзия.

Но всё равно Стогов крутой, особенно когда тебе 25.


normsk

«Лучший» Александр Кержаков

После тридцати ты отдаёшь себе отчёт в том, что время работает не на тебя и с годами ты становишься старше

— эта цитата, в принципе, описывает весь смысл книги. С годами ты становишься старше, с дождями мокрее, а на каблуках выше.

Ну и «лучший» в названии можно заменить на «я не виноват» или «я хороший, а это они все...».

В общем, далеко не лучший способ понять российский футбол. Хотя… хм, но нет.

normsk

«Анархия в РФ. Первая полная история русского панка» Алексей Рыбин, Владимир Тихомиров и другие

Краткое повествование в формате интервью о становлении панка в России. Становление представлено на примере «трёх китов основы»: Автоматические Удовлетворители, Сектор Газа и Гражданская Оборона с Янкой.

В общем, три разных направления под общим ярлыком — панк.

Свин. Первый панк страны и начало всего. Маменькин сынок и «непонятый гений». Ощущение, что он был панком через силу, потому что проще эпатировать и называть это искусством, чем реально напрягаться ради искусства.

Хой. Он же Клинских. Тут всё закончилось звёздной болезнью, а начиналось с колхозного прорыва и таким же развитием. Ласковый май для бухающих сельчан.

Летов и Янка. Она — зависимая и глупая. Он — эгоистичный, лицемерный и трусливый. Тоже удар звёздной болезнью, метания и желание быть великим и независимым. Потом потерянное время, попытки догнать уходящий поезд и печальный финал.

Финалы печальные у всех, и постфиналы тоже. Про Свина и Автоматических Удовлетворителей уже никто не помнит, Сектор Газа тоже стирается с поколением 80-90-х и только Летов с Янкой ещё на слуху. Но не из-за творчества, а из-за модных тенденций и интернет трафика провинциальных СМИ. Как принты Ramones на дизайнерских маечках.

normsk

Другой Кормильцев

Победил-таки трёхтомник Кормильцева/о Кормильцеве: Поэзия, Проза, Non-Fiction. Было не просто, потому что «все знают Кормильцева как автора хитов Наутилуса Помпилиуса», и я тоже знал. А на деле всё гораздо иначе.

Том первый — Стихи. Тут всё сложно. Стихи и тексты песен — это вообще не одно и то же (см. ниже) и если тексты Наутилуса — это круто, то стихи Кормильцева никогда бы не стал читать ещё раз. Слишком уж образно, глубоко и заумно.

Том второй — Проза. Вот тут гораздо интересней и разнообразней. Т.е. что-то прям зашло на все сто, а что-то прям ну совсем никак.

Том третий — Интервью. Самый грустный и сложный, потому что в нём и познался весь Кормильцев не как «автор текстов группы Наутилус Помпилиус». Очень изменил своё мнение о нём. Точнее, оно появилось, а раньше было просто «автор текстов самой любимой группы».

Влившись в рок-тусовку, получив известность и признательность —взрастил самомнение. Ну это и не удивительно — очень помогла общественность, которая внушила, что это они помогли развалить советский мрак. Бутусов ушёл в эзотерику и около, а Кормильцев начал пожимать плоды ярлыка оппозиции. Ну и постепенно дошёл до «принципиального против» и провокаций ради провокаций. Даже перед смертью принял ислам, не думаю, что истинно веруя.

Read more...Collapse )
normsk

«Петербург. Пешком по городу» Александр Друзь

Познавательно, интересно, наглядно. Конечно, иллюстраций хотелось бы покрупнее, но и в таком виде вполне атмосферно получилось.

Стиль повествования на грани формата школьных учебников, местами (единичными) даже вспоминалась школьная история с её нудностью, но мест таких мало.

Конечно, Друзю, в плане подачи материала, до Парфенова далеко (недавно читал «Российскую Империю» и сравнение неизбежно), но всё равно заходит нормально. Тем более, что приведено много интересных фактов из истории.

Да — есть самоповторы, да — редактура хромает, но в целом: хорошее чтиво.

normsk

«Москва: место встречи»

Давно прочитал «В Питере жить» — сборник рассказов о СПб, и потом наткнулся на точно также оформленную «Москва: место встречи», ну и не прочитать не смог.

Суть та же, содержание сильно отличается. И очень точно подобраны слова в названиях: «жить» и «встречаться». Про СПб было больше романтики, хоть и грустной, тут же почти всё про тоску по прошлому. При том, что прошлое описано, в основном, безрадостное.

Эти две книги хороши для понимания сути двух столиц: СПб с его дореволюционным величием, и Москва с её послереволюционными кошмарами. СПб своё величие пронёс через годы и сохранил, Москва же свои кошмары конвертировала в суету.

normsk

«Жизнь Булгакова. Дописать раньше, чем умереть» Виктор Петелин

Как ни странно, о самом Булгакове тут написано меньше, чем о времени, в котором он жил. Наверное, это и нормально, но зная о таком соотношении «истории страны/истории Булгакова», я не стал бы начинать это читать. То же, что было именно о писателе — немного не вписалось в образ, сложившийся после чтения его произведений.

Постоянно жаловался и много жалел себя. Да, жизнь у него была очень непростая, но акцент Петелина был и на том, что не всё в Булгакове — непростая жизнь. В общем, как-то очень однобоко раскрыт гениальный автор.

К этому разочарованию добавляется и невыносимое количество самоповторов в тексте. Иногда, даже не стесняясь, автор копипастит себя же из других глав этой книги. А одна и те же мысль может быть обсосана чуть ли не 5 раз. Если убрать все повторы — книга существенно «похудеет».

Но есть момент ещё хуже раздувания объёма повторами — объяснения читателю как нужно понимать произведения Булгакова. Вот это прям вообще финиш. Нормально, когда мне объясняют, как понимать теорему Ферма или как строить предложения в немецком языке, но когда втирают о смыслах гениальных и глубоких текстов — тут уж извините, но идите нахер — без вас разберусь о чём это всё.